Что происходит с российской наукой спустя три года после реформы Академии наук

Академик Валерий Рубаков был одной из самых ярких фигур протестного движения ученых, возникшего на фоне реформы российской Академии наук, предпринятой в середине 2013 года. Три года назад многие ученые были уверены, что новая система управления российской наукой, предполагавшая лишение РАН части полномочий и создание нового бюрократического органа, Федерального агентства научных организаций (ФАНО), приведет к катастрофе. Однако за прошедшее время ученым пришлось научиться жить по новым правилам.

Валерий Рубаков рассказал Радио Свобода о своем сотрудничестве с ФАНО, нынешних проблемах российских ученых, возвращении в башню из слоновой кости и новом Сахарове. 

– Прямо перед майскими праздниками появилось сообщение, что вы возглавили некий орган с громоздким названием – Ведомственную комиссию по оценке результативности деятельности научных организаций ФАНО России. Многие восприняли это как повод для оптимизма: представитель научной общественности, хорошо понимающий, как наука устроена изнутри, получил определенные административные полномочия. Расскажите, что эта за комиссия и что вы сможете сделать, являясь ее главой?

 

Михаил Фейгельман,

докт. физ.-мат. наук, зам. директора Института теоретической физики им. Л. Д. Ландау РАН, член Рабочей группы ФАНО по определению методики и регламентов оценки результативности деятельности научных организаций

С лета 2014 года действует рабочая группа ФАНО по разработке детальных правил проведения оценки результативности научно-исследовательской деятельности научных организаций, вошедших в состав ФАНО после известных событий лета-осени 2013 года. Задача рабочей группы — создать свод правил, согласующихся с общими положениями, уже утвержденными документами правительства РФ [1], и, несмотря на это, позволяющих проводить оценку осмысленным, с точки зрения работающих в науке людей, образом — то есть учитывая содержание научной и исследовательской работы, а не только комбинации разного рода формальных показателей. В рабочей группе трудится более 20 представителей различных отраслей науки под общим руководством ФАНО. К настоящему времени документация практически полностью готова, во вполне обозримом будущем ожидается ее утверждение. Представляется уместным уже сейчас, перед летними отпусками, рассказать об основных заложенных в нее принципах, чтобы ученые коллеги имели время и возможность обдумать то, что будет происходить, и найти свое место в этом процессе. Вот эти принципы.

Академик Валерий Рубаков об открытом письме Дмитрию Медведеву и послереформенной российской науке

Главный научный сотрудник Института ядерных исследований Российской академии наук, академик РАН Валерий Рубаков

Главный научный сотрудник Института ядерных исследований Российской академии наук, академик РАН Валерий Рубаков

Скрепы и отрицательный отбор

Биолог Михаил Гельфанд – о сообщающихся сосудах науки и мракобесия, "Династии", анализе крови и бардаке

Православный священник благословляет космический корабль

Православный священник благословляет космический корабль

Академик РАН, директор Института проблем передачи информации — о ликвидации национальной интеллигенции и реформе Академии наук

Как разрушить ведущие научные институты? Как ликвидировать национальную интеллигенцию? Есть ли польза от реформы Академии наук? Проблемы российской науки «Деньги» обсудили с Александром Кулешовым — академиком РАН, директором Института проблем передачи информации, одним из создателей комиссии общественного контроля в сфере науки.

Фото: Сергей Бобылев / Коммерсантъ